Комментарий к статье 665 ГК РФ

1. Комментируемая статья содержит понятие конструкции финансовой аренды. Поскольку термин «договор лизинга» используется в скобках, мы делаем вывод о том, что данные термины являются синонимами. Использование термина «финансовая аренда» определяется элементами финансирования арендодателем арендатора, характерными для данных отношений. Экономически арендатор получает возможность либо сэкономить собственные значительные финансовые средства, либо компенсировать их отсутствие.

Лизинг является разновидностью договора аренды, обладая при этом таким количеством особенностей, что законодатель вполне мог бы выделить его в отдельный договор.

Отметим, что некоторые проблемы практики применения норм об аренде решены Постановлением Пленума ВАС РФ от 17 ноября 2011 г. N 73 (в ред. Постановления Пленума ВАС РФ от 25 января 2013 г. N 13) «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды». Проблемы лизинга данным Постановлением не затрагиваются.

2. Суть отношений из договора лизинга, как следует из абз. 1 комментируемой статьи, состоит в приобретении определенного имущества определенным субъектом специально для передачи его во временное владение и пользование.

Отметим, что на практике возникают проблемы, связанные с отношениями сублизинга, прямо нормами комментируемого параграфа не урегулированными.

3. Субъектами отношений из лизинга являются:

1) арендодатель (в доктрине и на практике его называют лизингодателем) — субъект, приобретающий в собственность у продавца имущество — предмет лизинга;

2) арендатор (в доктрине и на практике его называют лизингополучателем) — субъект, получающий предмет лизинга во временное владение и пользование.

В комментируемой статье статус продавца предмета лизинга четко не определен, но из данных и последующих норм можно сделать вывод, что продавец является субъектом отношений лизинга (следовательно, данные отношения становятся трехсторонними). Определяется этот вывод тем, что статус продавца необъясним в полной мере статусом субъекта отношений купли-продажи: продавец, зная, что имущество приобретается у него для передачи в лизинг, имеет ряд специфичных прав и обязанностей, определяемых исключительно нормами о лизинге.

4. В настоящее время из текста комментируемой статьи исключено указание на то, что имущество передается в лизинг для предпринимательских целей. Соответствующие изменения внесены в ГК РФ ст. 7 Федерального закона от 8 мая 2010 г. N 83-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений». Измененные нормы вступили в силу с 1 января 2011 г., как установлено п. 1 ст. 33 вышеназванного Закона. Это означает, что с 1 января 2011 г. стороны договора лизинга могут не иметь статуса предпринимателя. До указанной даты отношения лизинга являлись предпринимательскими, т.е. и арендодатель, и арендатор должны были иметь специальный статус — являться коммерческими юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями.

Читайте также:  Комментарий к статье 622 ГК РФ

Указанные изменения внесены в ГК РФ в связи с изменениями в регламентации статуса государственных (муниципальных) учреждений. Однако из Кодекса исключено указание на предпринимательские цели договора лизинга вообще, из чего следует вывод о том, что любые не предприниматели (а не только бюджетные учреждения) имеют право вступать в отношения лизинга.

Статус бюджетного учреждения урегулирован нормами п. 2 ст. 120, п. 3 ст. 298 ГК РФ.

Поскольку в комментируемой статье упоминается только бюджетное учреждение, остается открытым вопрос о применении соответствующих норм к иным учреждениям.

5. Нормы комментируемой статьи позволяют выделить две разновидности лизинга по критерию субъекта, на которого может быть возложена ответственность за неисполнение продавцом своих обязательств, а также за несоответствие предмета лизинга необходимым требованиям, предъявленным арендатором.

Первая разновидность — лизинг, в котором указанная выше ответственность ложится на арендатора, поскольку именно он указывает арендодателю конкретного продавца и конкретное имущество, которое продавец должен купить для передачи в аренду. Данная разновидность лизинга является основной; в ее рамках арендодатель по сути выступает как субъект, который только осуществляет финансирование сделки.

Вторая разновидность — лизинг, по которому указанная выше ответственность ложится на арендодателя, поскольку именно он выбирает продавца и имущество, подлежащее передаче арендатору. Данные условия являются договорными: если стороны намереваются применять рассматриваемую разновидность лизинга, они должны в договор лизинга включить положения о том, что продавца и имущество — предмет лизинга — выбирает арендодатель. Кроме того, в договор в этом случае желательно включить положения о размере ответственности как за ненадлежащий выбор арендодателем продавца, так и за конкретные дефекты имущества — предмета лизинга. Отсутствие в договоре положений об ответственности повлечет необходимость доказывания убытков, что на практике нередко вызывает проблемы.

Если выбор продавца осуществляет арендодатель, необходимо учитывать нормы п. 2 ст. 670 ГК РФ, предусматривающие солидарную ответственность продавца и арендодателя перед арендатором.

6. Правовая природа договора лизинга состоит в том, что данный договор является консенсуальным, поскольку в ч. 1 комментируемой статьи говорится о том, что стороны обязуются предпринять определенные действия. Кроме того, договор лизинга всегда возмездный, поскольку в тексте нормы сказано о приобретении имущества у продавца (что предполагает элементы купли-продажи) и о передаче имущества за плату. Это означает, что даже если в тексте договора лизинга содержатся условия о безвозмездности, то арендодатель все равно может потребовать оплаты на основании п. 3 ст. 424 ГК РФ. При этом, на наш взгляд, условие о цене не является существенным для договора лизинга, несмотря на то что в ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 29 октября 1998 г. N 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее — Закон о финансовой аренде (лизинге)) (подробнее о нем будет сказано ниже) установлено, что арендная плата должна быть определена в договоре. То же сказано о сроке договора. Данная конструкция не делает условия о цене и сроке существенными, так как не содержит прямого указания на существенность данных условий либо на то, что в их отсутствие договор является незаключенным.

Читайте также:  Комментарий к статье 625 ГК РФ

7. Комментируемая статья, называя в качестве сторон договора лизинга арендодателя и арендатора и упоминая продавца предмета лизинга, не отвечает на вопрос о том, могут ли данные субъекты, в частности продавец и арендатор, совпадать в одном лице. На таком совпадении основана конструкция особой разновидности лизинга — возвратного лизинга. Возвратный лизинг предполагает, что арендодатель покупает имущество для целей передачи его в аренду бывшему собственнику — продавцу данного имущества. Возвратный лизинг нормами комментируемого параграфа не предусмотрен, но и какие-либо противоречия между ними отсутствуют. На практике отношения возвратного лизинга имеют место.

8. Правовая база лизинга не исчерпывается нормами комментируемого параграфа, хотя в нем и не содержится упоминание о возможности регламентации соответствующих отношений нормами иных федеральных законов, иных правовых либо нормативных актов. Именно с издания иных правовых актов (ныне недействующих Указа Президента РФ от 17 сентября 1994 г. N 1929 «О развитии финансового лизинга в инвестиционной деятельности» и Постановления Правительства РФ от 29 июня 1995 г. N 633 «О развитии лизинга в инвестиционной деятельности», утвердившего Временное положение о лизинге) началась история регламентации лизинга в России. Не будучи урегулированными, отношения лизинга на практике существовали в России с конца 80-х гг. прошлого века. Мировой практике отношения лизинга были известны гораздо раньше: к 1988 г. относится Конвенция УНИДРУА о международном финансовом лизинге (Оттава). Россия к данной Конвенции присоединилась с 1 января 1999 г. согласно Федеральному закону от 8 февраля 1998 г. N 16-ФЗ «О присоединении Российской Федерации к Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге»

Важно учесть, что Конвенция имеет ограниченную сферу применения, поскольку регламентирует международный финансовый лизинг, т.е. отношения, в которых один из субъектов находится за пределами РФ, а лизингодатель, лизингополучатель и продавец должны действовать на территории государств, участвующих в Конвенции.

Читайте также:  Комментарий к статье 655 ГК РФ

Уже после регламентации лизинга (§ 6 гл. 34 ГК) и присоединения России к Конвенции о международном финансовом лизинге был принят Закон о финансовой аренде (лизинге). Нормы данного Закона во многом противоречили и ГК РФ, и Конвенции, что повлекло необходимость разработки и внесения изменений в текст этого Закона. В любом случае следует помнить об абз. 2 п. 2 ст. 3 ГК РФ, в силу которого нормы последующих законов должны соответствовать нормам ГК РФ.

При наличии в настоящее время достаточно развитой правовой базы регламентации отношений лизинга можно констатировать ряд практических проблем, урегулированных крайне недостаточно. Например, практические сложности возникают в ситуациях, когда в отношении одного из субъектов лизинга возбуждается производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

9. Статья 7 Федерального закона от 8 мая 2010 г. N 83-ФЗ дополнила комментируемую статью абз. 3, установив, что если арендатором по договору лизинга является бюджетное учреждение, то договором лизинга должно быть установлено, что выбор продавца имущества по договору лизинга осуществляется арендодателем. Возникает вопрос о последствиях неисполнения данного требования. На наш взгляд, возможны два варианта толкования.

Первый состоит в том, что такой договор лизинга (в котором арендатор указал продавца имущества) является недействительным в силу того, что его содержание противоречит императивной норме закона. Второй — в том, что отсутствие в договоре условия, предусмотренного абз. 3 комментируемой статьи, на действительность договора не влияет, но к такому договору следует применять те нормы ГК РФ, которые установлены для регламентации лизинговых отношений, в которых выбор продавца осуществил арендодатель. Первое толкование приближено к буквальному; второе представляется более соответствующим позиции законодателя и более целесообразным с практической точки зрения, поскольку позволяет сохранить договор.

Еще одна проблема, возникающая в связи с включением в ГК РФ абз. 3 комментируемой статьи, состоит в ответе на вопрос: должен ли арендодатель помимо выбора продавца осуществлять также и выбор предмета лизинга? Иначе говоря, будет ли соответствовать закону ситуация, когда арендодатель выбрал продавца, а выбор предмета лизинга осуществил арендатор — бюджетное учреждение? При буквальном толковании на последний вопрос следует дать положительный ответ. Однако такой ответ повлечет необходимость дифференциации правового режима последствий выбора продавца и имущества, что в ГК РФ не предусмотрено. Во избежание возникновения указанных проблем целесообразно применение расширительного толкования нормы абз. 3 комментируемой статьи.